Культурный шок рядом: браки между тайцами и фарангами

«Сиамские дамы, не опасаясь конкуренции, могут считать себя самыми уродливыми женщинами на земном шаре. Мужчина, который клюнет на их плотоядные взгляды, учитывая их мужскую прическу, абсолютно одинаковые черты лица, одинаковый цвет кожи и одинаковую (скудную) одежду, воистину должен быть неисправимым Казановой».
Ф.А. Нил, 1852

Шокированный тайскими нравами путешественник XIX века Ф.А. Нил, который в своей книге «Рассказ о жизни в Сиаме» и без того не всегда лестно высказывается о тайцах, особенно резко критикует «самых уродливых женщин на земном шаре», о которых сегодня, полтора столетия спустя, большинство европейских мужчин придерживается противоположной точки зрения. Нил, без сомнения, пал жертвой культурного шока. Принятые в его время в Таиланде короткие «мужские» стрижки у женщин, зубы, почерневшие от бетеля, и неприхотливые платья ни в малой мере не соответствовали идеалу красоты викторианской родины Нила. Привыкнув к длинным светлым волосам, белой коже, белым зубам и пышным юбкам, он мог бы похвалить красоту таиландок разве лишь в издевку. Ему не хватало здоровой дистанции, понятия о том, что «красота» относительна и ограничена целым набором стереотипов.

Нил был не единственной жертвой подобных ложных взглядов. Большинство западных путешественников прошлых веков, оставивших комментарии относительно внешности тайских женщин, пришли к одному и тому же выводу. Но времена меняются. Вскоре после посещения Нилом на трон Таиланда взошел король Чулалонгкон, потребовавший от своих подданных, в числе прочего, подражания западному идеалу красоты. Запад нужно было копировать вплоть до мельчайших деталей. Это, как мы видели, не во всех отношениях было хорошо, но все же западный идеал красоты прочно укоренился. Отныне волосы носили длинными, жевание бетеля стало считаться негигиеничным и предосудительным, а платья стали куда более затейливыми и «европейскими». Учитывая тайское чувство эстетики, можно сказать, что таиландки очень быстро научились подавать себя с самой выгодной стороны и оказались в глазах путешественников с Запада крайне привлекательными. Лица, разумеется, не изменились, изменилась только упаковка. Скоро «самые уродливые женщины на земном шаре» стали считаться воплощением азиатской красоты и грации.

Туристический бум начала 1970-х годов имел две причины — ставшее легендарным изящество таиландских женщин и их массовое занятие проституцией. Не слишком нравственные туристы и бульварная пресса способствовали распространению образа податливых «сиамских кошечек», красивых, бедных (значит, дешевых) и ласковых. Образ закрепился, и многие стали думать, что все таиландские женщины красивы и продажны — донельзя ошибочный вывод. Это примерно то же самое как если бы всех немцев считать пьяницами на том основании, что в Германии насчитывается примерно миллион алкоголиков.

Сегодня «красивые» таиландки ежегодно привлекают в страну сотни тысяч представителей сильного пола. В многочисленных барах и кафе можно легко завязать знакомство. Часто оно остается очень кратким, но иногда выливается и во что-то серьезное, например в брак. Романы или браки между фарангами-мужчинами и «нормальными» (т. е. не продажными) таиландскими женщинами встречаются на изумление редко. 90% подобных связей возникают с «профессиональными» женщинами. «Нормальная» таиландка, как правило, не имеет контактов с иностранцами и не особенно к ним стремится. Та, у кого сожитель или муж — фаранг, считается неудачницей. Что-то в ней не так, если ей не удалось найти мужа-тайца.

«Хорошее общество» с большой вероятностью сочтет такую женщину проституткой, для нее это «потеря лица». Только немногие таиландки достаточно самостоятельны, чтобы противостоять подобным социальным предрассудкам.

Воистину достойно изумления — сотни тысяч мужчин пересекают океаны, чтобы поразвлечься с проститутками. Те же самые мужчины, скорее всего, дома ни разу не были в публичном доме, им и в страшном сне не мог бы привидеться роман с одной из «работниц» такого учреждения. Виновата в этом прохладная европейская «рабочая атмосфера». А тайцы есть тайцы, даже тайская проститутка в большинстве случаев «теплее», приветливее, веселее и радостнее, чем ее европейская жесткая и циничная коллега. Наивная детскость, которую многие тайцы сохраняют до конца дней, присуща и профессионалкам.

Именно это так в них привлекает. Мужчине-фарангу эти жизнерадостные, внешне искренние существа проливают целительный бальзам на душу, истерзанную эмансипированными европейками. Здесь еще сохранились, так, по крайней мере, кажется, настоящие приветливость, теплота и женская преданность. И неудивительно, что привлекательная тайская девушка из бара «go-go» кажется западному мужчине совершенством.

Но порой случаются и горькие разочарования. Иной раз они стоят мужчине-фарангу большей части его накоплений и рваных ран в душе. Единственная причина, которая заставляет девушек из баров «go-go» и других проституток заняться этой профессией, — деньги. Исходной причиной каждой связи, начавшейся в баре «go-go», является желание заработать. Для таких милых девушек даже фарангу, который дома с большой неохотой что-либо тратит на свою подругу, нетрудно расставаться с деньгами. Домашние правила перед лицом неотразимых таиландок не действуют.

Иной клиент бара «go-go», забравший девушку с собой в гостиницу, бывает потрясен ее свежестью и новизной и становится «рецидивистом». Не исключено, что завтра он пригласит ту же девушку. Не успеет он оглянуться, как уже завязался роман.

Подобные связи часто протекают по следующей схеме. Мужчина влюбляется в девушку. Ей он тоже нравится: он приятный клиент, не слишком пьяный и неагрессивный. Для него она даже снижает обычную цену. Через пару недель мужчина уже ни о чем не думает, как о том, что если он не придет, его подруга окажется в постели с другими. В конце концов, ей нужны деньги, это он понимает, но так дальше продолжаться не может. В один прекрасный день он излагает ей свой план, он уже все продумал. Она должна бросить работу в баре, он будет платить за все, что ей нужно. Это очень заманчиво для девушки. Всю жизнь работать в баре она и не собиралась, а у парня, кажется, есть деньги. Для начала они вместе едут в отпуск: Паттая, Ко Самуй, Пхукет. Когда приближается день отъезда туриста, он принимает судьбоносное решение: женщина должна поехать с ним. Преодолев обычные проблемы с визами, они вместе летят на родину мужчины и даже собираются пожениться. Мужчина выплачивает родителям будущей жены приличную сумму, как полагается.

Поначалу все идет хорошо, но потом наступает кризис. Прежде такая покорная таиландка впадает в тоску, она никого не знает на новой родине, не владеет языком и скучает до смерти. Возможно, она попытается выйти из депрессии с помощью бесконечного брюзжания или столь же бесконечных покупок, что грозит мужчине банкротством. Мужчина уже не может позволить себе такие финансовые эскапады, а то, что раньше так привлекало его в девушке — хорошее настроение и солнечное веселье, — пало жертвой европейского холода.

Наконец, выясняется, что речь шла не столько о любви, сколько о материальных надеждах (со стороны женщины) и жажде экзотики (со стороны мужчины). Как во многих азиатских обществах, в Таиланде такие понятия, как «любовь», «чувство», часто становятся жертвой материальных расчетов. Это понятно, если вспомнить, что в большинстве своем речь идет буквально о выживании. Молодая девушка без приличного образования может рассчитывать на относительно комфортабельную жизнь, только если она выйдет замуж за человека с хорошим положением и исполнит долг хорошей дочери, финансово поддерживая своих родителей. Последнее обстоятельство в особенности толкает пожертвовать собственными чувствами, поскольку за то, что девушка так печется о своих родителях, она будет вознаграждена в последующей жизни.

В подавляющем большинстве случаев после семейного краха женщина возвращается домой и возобновляет свою работу в баре, радостно празднуя воссоединение с подругами. Может быть, со следующим повезет больше…

Разумеется, вышеописанная схема отношений между фарангом и девушкой из бара «go-go» имеет варианты, но каркас драмы именно таков. Брак распадается, потому что люди вступали в него по несовпадающим причинам. Целью женщины были благополучная жизнь и возможность регулярно посылать своим родителям крупные суммы. Мужчина же хотел обладать ластящейся к нему сиамской кошечкой, более покорной, чем ее западные сестры. Оба на короткое время получили то, чего хотели, но для прочного брака подобные связи фундамента не создают.

И это еще не худший вариант. Встречаются, например, такие женщины, которые с помощью денег ничего не подозревающего европейца поддерживают своего первого мужа. А иногда женщина внезапно исчезает в неизвестном направлении, прихватив все ценности, до которых ей удалось добраться.

Да и мужья часто не лучше. Дома, когда огонь страсти угасает, женщину зачастую просто выгоняют из дома, и ей опять не останется ничего, кроме проституции. Вот какой случай действительно имел место. Фаранг вывез свою любимую из бара и женился на ней. В Европе у нее проснулся интерес к образованию, получить которое она до тех пор не имела шансов. Женщина поступила в вечернюю школу и начала зубрить по ночам. Со временем она стала слишком «умной» для мужа, уже не той дурочкой, которой можно было вешать лапшу на уши. Его это не устроило, и несчастная оказалась на улице. Об умышленных преступлениях, как, например, продажа женщин в публичные дома, содержание в рабских условиях, мы даже не будем говорить. Не потому, что такое не случается, а потому, что мы ведем речь не о преступниках, а о людях, которые в принципе имели хорошие намерения. Конечно, встречаются и прочные браки между фарангами-мужчинами и девушками из бара «go-go», но крайне редко.

Лучшие перспективы имеет брак с «нормальной» женщиной, так как финансовая сторона здесь не играет такой большой роли. Редкие браки между фарангами и «нормальными» таиландками имеют множество вариантов. Большую культурную разницу между супругами не так-то просто преодолеть, здесь требуется особая чуткость.

Один из важнейших моментов, с которыми должен смириться фаранг, является факт, что он женится не только на женщине, но на всей ее семье. В Таиланде исходят из того, что муж всю жизнь должен поддерживать семью своей жены, прежде всего ее родителей. Для этого требуются немалые финансовые жертвы. И становится особенно больно, когда новые родственники разбазаривают с таким трудом заработанные деньги, что случается часто. Мужчина должен рассчитывать на это и тем не менее сохранять лояльность семье. И жена, так требует таиландская традиция, должна стоять на стороне родителей как в хорошем, так и в плохом. Даже если она прекрасно знает, что деньги, посылаемые ею, уходят в песок.

Согласно традиционному ролевому мышлению, идеальная таиландская жена верна и преданна, она хорошая мать и хозяйка. Этот идеал временами встречается в жизни. Уже в 1898 году Эрнест Янг анализировал в своей книге «Королевство желтых одеяний» таиландских жен и насчитал семь их типов:

  1. Жены, чувствующие себя обязанными мужу, как будто они его младшие сестры, преданно ему служащие.
  2. Жены, чувствующие себя старшими сестрами мужа и благожелательно ведущие его по жизни.
  3. Жены, чувствующие себя матерями мужей и расцветающие, проявляя заботу о них.
  4. Жены, чувствующие себя другом, платящие тем же, что получают.
  5. Жены, пытающиеся господствовать над мужьями и превратить их в рабов. Их мужья, считает Янг, превращаются в «кучку скорби».
  6. Жены, стремящиеся к обогащению и думающие только о том, чтобы муж приносил деньги, которые они будут тратить в свое удовольствие.
  7. Жены-«убийцы» со страшными эмоциональными взрывами, делающие все возможное, чтобы разрушить гармонию и мир в доме и душе мужа.

Разумеется, заключает Янг свои рассуждения, никому из молодых мужчин, вступающих в брак, и в страшном сне не привидится, что его возлюбленная подпадет под один из негативных разрядов. «Он делает ей предложение, веря в ее всевозможные достоинства», — пишет Янг. Остальное покажет время.

Но где же браки между женщиной-фарангом и тайцем?

На этот вопрос можно ответить очень коротко. Редкая западная женщина выйдет замуж за тайца — мужской шовинизм не способствует их популярности у европейских девушек. Внешне таец обходителен, вежлив и почти по-женски мягок, но под этим часто скрывается крайняя степень мужской грубости. В правах, оставленных им за собой, он, как правило, отказывает жене. Тайцы не особенно славятся супружеской верностью, жена же должна оставаться верной и преданной. Таец любит проводить время со своими друзьями, но если то же самое сделает женщина, это приведет к семейному скандалу. Тайцы часто являются избалованными эгоистами, твердо уверенными, что они — венец творения. Все это не повышает их шансы жениться на европейке. Если связь все же возникнет, то мужчине придется очень нелегко с требовательной и прямой эмансипированной женой, в том числе и в сексуальной сфере.

В супружеских отношениях таиландки играют классическую пассивную роль. Если женщина проявляет активность, муж заподозрит, что она из «дурных», т. е. имеет сексуальный опыт. Таиландские мужчины приобретают подобный опыт достаточно рано, но женщине это не дозволяется. Если женщина слишком требовательна, у мужчины совсем не по-мужски начинают трястись коленки. Скорее всего, он положит конец такой связи и подыщет себе женщину, возможно, намного моложе его, которая по старой доброй традиции позволит ему «завоевать» себя.

Лишь немногие европейки смогут мириться с полигамными склонностями своего тайского мужа, что точнее было бы назвать изменами. Таиландские женщины менее всего ждут абсолютной верности от своих мужей, они хорошо изучили их повадки. Посещения массажных салонов, публичных Домов, миа ной, «побочных жен», они, как правило, терпят, поскольку это законное санук мужчины. До тех пор, пока муж не забывает семью и финансово обеспечивает ее, женщины довольны. А сколько западных женщин готовы это терпеть?
Женщина, разумеется, о подобной свободе не может и мечтать. Если бы она начала вести себя так же, для мужчины бы рухнул мир. Впрочем, не исключено и рукоприкладство.
«Эмансипированные» таиландские мужчины, предоставляющие своим женам такие же свободы и права, какими пользуются сами, — редчайшее исключение. В этом отношении в Таиланде существует широкое поле деятельности для до сих пор слабого женского движения. Однако по своему воспитанию тайцы не принадлежат к сорту людей, которые бегут на баррикады, тем более женщины. Женщина должна быть красива, а позже, когда в соответствии с законами природы красота увянет, — хорошей хозяйкой и матерью. Ума от нее никто не требует, разве лишь, когда речь идет о дополнительном заработке для семьи (например, продаже еды на улице). В остальном ум не так важен, ведь он порождает ненужные вопросы о справедливом распределении ролей.

Напоследок немного лингвистики, которая всегда дает представление о менталитете народа. Официальное название супруга — сами, происходящее от санскритского свами («господин», «хозяин»). Менее почтительное обозначение — пхуа. В разговорном языке употребляется фэн, что является тайским эквивалентом английского слова «fan». Фэн может обозначать супруга, супругу, сожителя и сожительницу. Эта вербальная постановка в один ряд таких принципиально различных понятий (супруг — супруга, сожитель — сожительница) отражает запутанные брачные или любовные отношения. Так, например, многие женатые мужчины живут отдельно от своей жены и имеют брачные отношения с «побочной женой». «Побочная жена» — одновременно и жена, и сожительница. Кроме того, часто браки заключаются без особых формальностей, а расторгнуть брак еще проще. Перетекание от «сожителя» к «мужу», а от него, возможно, к следующему «сожителю» относительно легко. Точное значение слова фэн не вполне ясно.

Автор: Райнер Крака — Эти поразительные таиландцы

Читайте так же:

Оставьте комментарий Facebook

Оставьте комментарий